А жизнь бывает разной

14:41 12 января 2022
317
Поделиться
Поделиться
Запинить
Лайкнуть
Отправить
Поделиться
Отправить
Отправить
Поделиться


У каждого человека – своя судьба, у каждой семьи – своя история. Особая, неповторимая. Как-то мы встретились по делам службы с директором РМУК «Краснопартизанская межпоселенческая центральная библиотека» С. В. Никифоровой.
Она и рассказала семейное предание, которое сохраняется и бережно передается от родителей к детям уже много лет. А началась эта история больше века назад, когда в Российской империи, только что пережившей революцию 1905-1907 годов, решили разрешить аграрный вопрос, который и был «гвоздём» Первой российской революции.

По предложению премьер-министра П. А. Столыпина стала осуществляться аграрная реформа, одним из основополагающих моментов которой было переселение крестьян из густозаселенных мест империи в малозаселенные, где имелось большое количество свободной земли. Несколько миллионов крестьян, покинув родные места, стали переселенцами. Были среди них и предки Светланы Владимировны, молодые супруги Филипп Трофимович и Марфа Ефимовна Россик. Далёк был путь из Украины в степное Заволжье, но вольная земля и льготы, которые обещало правительство новоселам, перевешивали на чаше весов разлуку с родными краями и тяготы долгого пути. Остановились в с. Каменка, начали строить дом, обзавелись хозяйством. Земли здесь, в Заволжье, действительно было хоть отбавляй, но, чтобы она отблагодарила урожаем, нужен был упорный труд «до седьмого пота».

Сильные и молодые Филипп и Марфа трудились без устали, тем более, что знали: налоги не надо платить целых 5 лет! На тот же срок молодых мужчин освобождали от службы в армии. Зажиточной стала семья, детки появились. В 1912 году родилась дочь, названная Марией, через два года появился на свет сын Николай. И здесь можно провести жирную черную черту, подводящую итог под благополучной жизнью семьи Россик.

Началась Первая мировая война, Филипп Трофимович был мобилизован летом 1914 года, в самом начале войны. Вскоре пришла пора собирать урожай, а в деревне остались одни женщины с детьми да старики. У Марфы на руках – двое малолетних детей и никакой родни в округе. Как билась молодая женщина, как управлялась и дома, и с хозяйством? Работала от темна до темна, а по ночам плакала, ведь от Филиппа не было писем. Неизвестность, неопределенность тяжким грузом легли на измученные непосильным трудом плечи женщины. Она таила свои горести, не жаловалась детям (ещё слишком малы, не поймут) и односельчанам. Понимала, что в каждой семье – своё горе. Шло время, все более беспросветной становилась жизнь, всё более черными думы… «Соломенная вдова» с двумя малолетними детьми и хозяйством, которое всё больше приходило в упадок без хозяина. А Марфе в то время ещё и 25 лет не исполнилось… В деревне за годы войны свадьбы стали редкостью. В самом деле, невест пруд пруди, а женихи все наперечёт. Но Марфа Россик, молодая, красивая, работящая и скромная, привлекала к себе внимание.

В доме появились сваты. Женщина их вежливо встретила, а проводила ещё вежливее, сказав, что ей надо подумать. Что делать? С кем посоветоваться? Сердце её по-прежнему было отдано мужу, но жив ли он? А дети? И она идёт пешком в Вольск, где, по слухам, живёт ясновидящий дяденька, который всё знает, обо всём расскажет. Сильно колотилось сердце Марфы Ефимовны, когда она зашла в домишко ясновидящего, от волнения дрожали руки, перехватило горло. Но «дяденька» ничего и не спрашивал. Внимательно посмотрев на оробевшую женщину, он сказал: «Муж твой жив. В честь чего же ты замуж собралась?». Как на крыльях слетела молодая женщина с крылечка. «Жив! Жив!» - эхом отдавались слова ясновидящего в её ушах. Какие уж тут сваты… После возвращения из Вольска Марфа вздрагивала от каждого стука: ждала Филиппа. Но день проходил за днем, осенние дожди сменились зимней стужей, по стране промчались вихри Февральской революции, пало самодержавие, а Россик все не возвращался...
Он и в самом деле был жив, но находился далеко от родных мест, на чужбине. Почти в самом начале войны рядовой Филипп Россик попал в плен к немцам. Те (впрочем, как и их противники) широко использовали принудительный труд военнопленных. Так уж распорядился «его величество случай», что Филипп Трофимович попал на сахарный завод, владелицей которого была молодая незамужняя женщина. Голубоглазый русский богатырь с льняными волнистыми волосами сильно приглянулся женщине, и она предложила ему гражданский брак. Какие мысли были в то время у Филиппа Трофимовича? Возможно, что им руководил здравый смысл, который подсказывал, что шансов выжить больше у сожителя хозяйки, чем у подневольного раба. А, может быть, затронула немка сердце изголодавшегося по женской ласке солдата?
Он был предельно честен с фрау, рассказав ей, что женат, что на Родине у него растут двое детей. Женщина согласно кивала головой. Она все понимает, но ей нужен ребёнок. А ребёнка не было… Однажды мужчина проснулся среди ночи в холодном поту. Сердце сковал ужас. Ему приснился кошмар: родной дом, накрытый празднично стол, его Марфа в лучшем платье и чужие люди – сваты! Потерял покой Филипп Россик, все валилось из рук, не шел из головы страшный сон. Немка заметила внезапную перемену в своей «половине», и он открыл ей душу, попросил отпустить домой. Наверное, неглупой была эта женщина, понявшая, что насильно мил не будешь. Она сама собрала несостоявшегося мужа в дорогу.

Предусмотрела все до мелочи: белье, одежда, «сухой паек». Когда Ф. Т. Россик добрался до дома, в России уже Октябрьская революция свершилась, но это событие его пока никак не задевало. А вот дома… Мужчине показалось, что он видит всё тот же страшный сон: родной дом, накрытый стол, Марфа и сваты! Филипп зашел по-хозяйски, без стука, и когда жена увидела его, то с криком бросилась ему на шею. Сватов и след простыл. Они снова были вместе.
Свершилось чудо. Обыкновенное чудо любви. На этом обычно заканчиваются все сказки: «И стали они жить – поживать, да добра наживать!».

Только жизнь – не сказка. И не завершается она соединением любящих сердец.

(Окончание следует)